На Великую родительскую субботу служили в кладбищенском храме. Принёс служащему священнику толстую пачку записок на проскомидию, положил на жертвенник и сказал:
— Вот, покойнички.
А потом, положив рядом несколько записок о здравии, неожиданно для себя прибавил:
— Будущие покойнички.
Батюшка улыбнулся.
Души коснулось что-то неотмирное.
— Сходи, узнай, — просит батюшка, — есть ли кто ещё на исповедь?
А у меня голова кружится. Соображаю плохо. Походил по храму, народу много, а приготовившихся к исповеди нет никого. Возвращаюсь в алтарь и говорю:
— Нет в храме грешников.
Батюшка опять улыбается.
Так вот бывает: скажешь что-то несложное, а такая глубина порой скрыта в самых простых словах, что от неё на душе светло.
Рядом с Господом всегда светло.
— Вот, покойнички.
А потом, положив рядом несколько записок о здравии, неожиданно для себя прибавил:
— Будущие покойнички.
Батюшка улыбнулся.
Души коснулось что-то неотмирное.
— Сходи, узнай, — просит батюшка, — есть ли кто ещё на исповедь?
А у меня голова кружится. Соображаю плохо. Походил по храму, народу много, а приготовившихся к исповеди нет никого. Возвращаюсь в алтарь и говорю:
— Нет в храме грешников.
Батюшка опять улыбается.
Так вот бывает: скажешь что-то несложное, а такая глубина порой скрыта в самых простых словах, что от неё на душе светло.
Рядом с Господом всегда светло.
0 Comments:
Отправить комментарий